Фактически у каждого морского порта Черного моря у нас есть подразделение морской пехоты - Андрей Рыженко

После 2014 года, когда от Украины отошел полуостров Крым, ситуация в Военно-морских силах страны кардинально изменилась. О том, в каком сейчас положении находятся военно-морские силы, как изменилась ситуация на флоте Украины с 2014 года, а также о новых целях и задачах Штаба ВМС корреспонденту "Ведомости -Украина" поведал капитан I-го ранга, замначальника Штаба ВМС Украины по вопросам Евроантлантической интеграции Андрей Рыженко.

Что бы Вы могли рассказать про наши военно-морские силы, как они поменялись с 2014 года, какие улучшения уже есть и какие планируются?

- В 2014 году, после аннексии Крыма, что важно, 75% кораблей наших в Крыму, они до сих пор там удерживаются.

Осталось? То есть они добровольно остались?
- Нет, их удерживает Российская Федерация, было принято решение о передаче их всех Украине, но в июне месяце, когда обострилась ситуация на Востоке, они решили их не передавать.


А люди наши?
- Значит, 75% осталось там, часть людей перешла в российский флот за большую зарплату, часть людей не захотела уезжать, потому что была привязана к жилью. Ну, 4-я часть вышла, и вот 3000 человек здесь, флот начинался с 3-х тысяч, а сейчас он в принципе вырос в 4 раза. Мы значительно нарастили нашу группировку охранной, береговой обороны, это морская пехота, это артиллерия, это реактивный, система залпового огня, была рота морской пехоты, сейчас у нас отдельная бригада и три отдельных батальона, то есть большое количество людей. Фактически у каждого морского порта Черного моря у нас есть подразделение морской пехоты. Их задача – охрана энергетической инфраструктуры. Недавно у нас были учения и на Черном, и на Азовском морях, то есть морская пехота вперед под охрану блокирует мосты и другое, то есть наиболее важные объекты инфраструктуры, чтобы не допустить их захвата, уничтожения и так далее. Это у нас сейчас самый большой род военно-морских сил, где-то порядка 65%. Второй род – это морская авиация. Морская авиация вся вылетела с Крыма, находится она сейчас в Николаеве.

За этот период – с 2014-го года – мы отремонтировали все самолеты и вертолеты, подготовили летчиков, они сейчас летают регулярно, выполняют задачи, как над Черным, так и над Азовским морями, а также в зоне АТО. Это – 6% по численности. И третий род – это основной род, который должен быть на пункте, - это надводные силы, очень маленький род – 6%. На кораблях у нас сейчас служит немного, у нас есть флагман, средний десантный корабль Олиференко, есть корабль Прилуки, и есть у нас несколько катеров артиллерийских и плюс суда-обеспечения. Этот род довольно небольшой.

Поэтому существует небольшой дисбаланс между вызовами и угрозами и тем, что у нас есть. В принципе, 2 года назад мы стали переделывать концепцию нашего ВМС, и упор был там как раз на восстановление надводного флота. Это очень дорогая составляющая, чтоб вы представляли, 1 тонна веса корабля стоит 100 тысяч долларов. Ну вот возьмите любую машину, то тонна машины 100 тысяч не стоит. А корабль стоит от 100 и выше. Это очень дорогое удовольствие. Да, Украина в годы Советского Союза строила очень большие корабли, вплоть до авианосца включительно. Ну вот сейчас авианосец американский ТОР, он стоит 16 миллиардов долларов. У нас деньги есть, но их не так много, пока нам хватает на корабли небольшие. Во-вторых, нам надо быть более эгоистичными, нам надо сейчас открыть наши национальные интересы на море, а не думать о том, что там где-то в мировом океане помогать мировому сообществу в борьбе с пиратами или еще с кем-то, как мы это делали до 14-го года. Поэтому мы придумали маскитный флот, это небольшие корабли, три разных типа платформ. Первая платформа называется поисковая, это корабли порядка 50-60 метров длиной, работает на удалении до 200 миль от берега, нам этого достаточно, у них есть артиллерия 40 миллиметров и больше, они могут вести боевые действия против надводных лодок и кораблей и авиации.


Вот смотрите, в 2014-м, да и сейчас до их пор много пишут, что Россия хотела на нас напасть через море. То есть Одесса была под прямым ударом. Если сейчас такое случится, мы сможем себя защитить?

- У нас есть береговая артиллерия, но береговая артиллерия – это короткое плечо, всегшо 30 км. Береговая артиллерия сейчас есть, она находится вдоль побережья, установлены дивизионы. Если есть какая-то угроза нападения на Украину с моря, эти дивизионы начинают стрелять. Эти дивизионы от 100-200 мл.


А как вы предполагаете, может быть сейчас такая угроза. Россия может продолжить свою агрессию через теракты, диверсии?

- Сейчас эта угроза меньше, но угроза может быть всегда. До 2014-го года мы об этом и не думали, мы до этого проводили совместные учения, мы доверяли. Угроза может быть всегда. Сейчас она меньше, чем в 2014 году. В том числе и благодаря тому, что у нас есть какая-то сила ответить на самом ближнем рубеже. То есть при помощи артиллерии, при помощи системы залпового огня, авиация еще есть. Ну, в море, это уже как бы крайний рубеж, а если по тактике, по классике, считается, что десантные корабли или артиллерию противника нужно нейтрализовать либо в точке формирования, либо в точке перехода в море. В точке формирования они наиболее уязвимы с точки зрения действий наших сил. Ну, это если так представить. То есть вот здесь эти катера ракетные больше всего нужны, то есть они находят противника в море и наносят удар. И даже наличие, потенциальные их возможности останавливают агрессора от выполнения задачи. Это так называемый элемент сдерживания. Второй тип кораблей, которые мы хотим, которые нужны нам, называются патрульно-противоминные. То есть это те корабли, которые будут находиться возле портов, охранять корабли и обеспечивать поиски мин и диверсантов. Это очень важно, потому что у нас были погибшие корабли в Азове, и глубины здесь небольшие в районе Одессы, Николаева, Харькова, Черноморска. И легко представить, когда на мине подрывается корабль, это очень большое происшествие, и у нас кроме, как водолазов-людей, мы на это никак не может отреагировать. Нам нужны такие платформы, которые могут найти мины на дне, их обезвредить. А мин очень много, еще даже с Первой мировой войны. К нам приходила в апреле группа тральщиков НАТОвских, их очень хорошо встретила Одесса, после 3-х дней празднований различных, даже с употрелением крепких местных напитков, по выходу из моря они нашли две мины, в районе Очаково. Нашли мины на дне прямо лежали, мины Первой мировой войны. Они запустили водолаза, заложили взрывчатку и подорвали их. Мин очень много. Здесь в Черном море, в Балтийском море тоже, кстати, еще много мин.

А вы планируете какие-то совместные учения с НАТО?

-Учения у нас регулярно проводятся учения с НАТО, помногу, регулярно. Я сейчас хочу сказать следующее. Вот третья платформа маскитного флота, она называется вибийно-рейдовая платформа. Это – быстроходный катер где-то скоростью 50 узлов, который берет на борт подразделения сил специальных операций, команду морпехов и доставляет ее в море или на побережье высаживает и выполняет определенные задачи. Тут главное – скорость. Вот у нас есть Бессарабия, там есть Затока, эти мосты, и если ее отсечь, разрушить мосты, то реально эти силы доставить с моря, потому что у вертолета существует больше опасности быть сбитыми. А эти катера – выход. Вот мы посчитали, что нам нужны эти 30 платформ. И в принципе у нас есть деньги, чтобы их купить до 2020 года. Когда мы этот пакет сделаем для защиты Украины, но в этой ближней зоне, и экономика будет более серьезной, мо можно будет говорить о более крупных кораблях – корветах и фрегатах. Но у нас сейчас то, что у нас есть, мы можем построить 1 корвет или 30 таких маленьких кораблей. Корвет уничтожить проще и оружия он несет меньше. А малышей мы раскидаем, и они будут выполнять задачи. Ну в принципе сейчас командующий эту концепцию утвердил, вот через неделю мы едим с ним на симпозиум в Венецию, где он будет докладывать про это. Идея нам нравится, она как бы исторически оправдана. Конечно, всем нравятся большие корабли с большими флагами, комфорт но они стоят очень много денег.
Ели вы будете на борту корабля, можно пройти из кормы в нос или из носа в корму, можно посчитать количеств шагов, и вот каждый ваш шаг – это порядка 3 миллионов евро. Вот вы представляете, сколько будет стоить корабль? Это очень четкая формула.

Что касается учений, у нас очень плотное сотрудничество с НАТО, каждый год мы проводим очень большое учение: либо это учение с самим Альянсом, либо с одной из стран НАТО. В этом году основное учение – это было учение СИ-Бриз. Я там возглавлял все миротворческие силы, которые мы создали. Это – 30 кораблей, 30 самолетов, 3 тысячи человек. Мы создали такой штаб – Морской операционный центр (МОК). За основу был взят штаб – 6-го флота США. 90 человек было, 45 человек были украинцы, остальные – разные страны, рабочий язык – английский, полностью процедурой управляли, как это делают они. В первую неделю мы спланировали операцию, а вторую – управляли силами. Было у нас 4 тактической группировки кораблей. Была группировка у нас авиации, был у нас батальон морской пехоты, были подразделения. Были операции США и Украины, вместе работали. Это было самое большое учение, очень хорошо прошло. Очень хорошо прошло.

Было у нас много учений, в которых задействовалась морская пехота, проходили они в Румынии, Болгарии и Грузии. Мы отправляем туда морпехов, 1-2 взвода. В этом году в Грузию полетел даже наш самолет, и там отрабатывали боевую подготовку по стандартам НАТО, все четко.

Кроме этого, мы проводим учения во время визита сюда кораблей иностранных и НАТОвских – в базе, и на выходе в море, и какие-то тактические учения. Мы планируем расширять, вот сейчас во время СИ-Бриза, мы тестировали эту структуру морского операционного штаба, и он будет создан уже в самое ближайшее время, он будет постоянно действовать и вести всю операцию на Черном и Азовском морях. Это соответствует требованиям, как это делается на Западе. Также мы планируем как часть реформы, - создание представительства военно-морских сил в Киеве, это будет представительство в Генштабе. Он будет заниматься стратегиями концпетуального развития флота – это первая задача. Вторая – закупка боевого оружия и кораблестроение. И третья задача – это взаимодействие видами вооруженных сил Украины, правоохранительными структурами и министерствами. Это порядка 40 человек, они будут работать на командующего. Это наш самый большой пробел за последние 25 лет, потому что мы занимались текучкой, на перспективу никто не думал. Мы решили, что это должно быть в Киеве. Это нормальная мировая практика.

Вот по учениям, что вы говорите, вот сейчас основная задача – это нужен английский язык, потому что все говорят на английском языке. Вот английский у нас должен быть номер 1, я думаю, что это должен быть беглый английский. Второе – это учение стандартов. Вот у нас, если говорить о стандартах, то на кораблях, в морской пехоты, то на протяжении 10 лет мы их очень плотно изучаем, есть даже программы соответствующие. Эти мировые стандарты их нужно давать офицерам среднего и старшего звена для изучения. В принципе нам нужно воспитывать лидера по европейской модели, а у нас они воспитаны на советской модели, и в ней нет различий в стратегической и тактической модели. А на Западе это целая теория. Вот там генерал руководит людьми, тот человек, у которого самый большой кулак. Он не принуждает ,а вдохновляет людей на работу, у него нет шаблона управления, но у него есть определенное видение того дела, которое он делает, и он направляет людей, чтобы они детализировали работу. А у нас – мы хотим знать все до последнего винтика, болтика, а на очень высоком уровне это не работает. Это требует воспитания.
Параллельно идет воспитание штабной культуры. Вот у нас как? Мы смотрим только вверх, на своего начальника, а там – посмотрел влево, вправо, поговорил со своими коллегами. А у нас только вертикальное мышление. Это называется креативность мышления, а это очень важно. Мы работаем по шаблону, а на Западе могут креативно мыслить.

Есть моменты рабочие моменты. Вот таможня там нас обязала, но это все моменты капитализма прошлого.. Но это не так важно. Главное, конечно, это образование, вопросы техники, так как техника у нас старая. Я пришел служить более 30 лет, и на была уже. Ее нужно менять. В последние 20 лет вообще никто не делал ничего. И тут нужно что-то менять, и тут должен быть такой технологический скачок производства. Если брать корабли, то взять хороший проект, купить его за границей и потом привезти сюда, обучить наших и пусть строят у нас. Но нужно обеспечить им условия необходимые, чтобы рабочие смогли прокормить свою семью. Вот морпехи, мы ж хотим молодых, до 35 лет, а им хочется сразу Феррари. Ну это я шучу. Но вот я вам расскажу, я 4 года служил в НАТО, и у нас был городок. Сержанты жили в домиках 3-хэтажных, а офицерам давали отдельные дома. И когда проезжали мимо этих домиков, там такие машины были, можно было подумать, что там генералы живут. Это тоже важный момент социальный. Вот почему я поддерживаю НАТО, потому что там правильный менеджмент ресурсов при построении системы обороны страны. Эти ресурсы расходуются очень правильно, которые обеспечивают обороноспособность страны. Вот есть другие страны, где бюджет такой же, как и Украине, но опять же там правильный менеджмент ресурсов, и там служат и мужчины, и женщины на кораблях, и там все очень хорошо.


В следующем году есть в планах какие-то яркие учения?

- Есть, но они все секретные, я шучу. В следующем году будет СИ-Бриз, мы его в этом году очень подняли, и, я думаю, что в следующем году мы пойдем еще дальше. У нас в планах создание постоянно действующего морского операционного центра, если мы создали в этом году только под учения, то это будет уже постоянно действующий. Мы его усилим нашими партнерами зарубежными. Им очень нравится Одесса, лето, особенно Аркадия. Вот испанцы очень любят клубы Итаку и Ибица. Си-Бриз – это будет основное учение, у нас будут еще учения, куда мы отправим нашим морпехов за границу. У нас будет ряд тактических тренировок с кораблями НАТО. В конце ноября будет еще одна тренировка с кораблем, который зайдет. Страну я пока не могу сказать, это секрет. К нам каждый месяц заезжает какой-то корабль страны НАТО.

Что касается Одессы, то я могу сказать, что это – морская столица Украины. Здесь будут находиться основные военно-морские силы Украины.


Смотрите, в начале АТО появились многие добровольческие патриотические отряды. А на морском флоте они появились?

- На морском флоте нет, мы же является регулярным подразделением. Но у нас количество морской пехоты увеличилось в 30 раз, в Одессе мы сформировались огромный отряд. Морская пехота и спецназ – это очень престижно, и многие одесситы пошли.. Особенно если ты живешь в Приморье, то все, ты морской пехотинец, там тельняшка, есть там Печь в морской пехоте, у них там берет. Они зданию экзамены, стреляют, это очень все патриотически, вот другое дело, что мы не можем после этого их удержать, чтобы они продолжали дальше, потому что они очень патриотически относятся к Защите Родины. Они уходят в хозяйство, работать, но говорят, что если надо, мы вернемся. Но мы же не можем все милитаризировать.


А из-за чего уходят из-за маленькой зарплаты?

- Ну, понимаете, на зарплату пехотинца квартиру не купишь. А квартира нужна в молодом возрасте. Вот у меня две дочки, одной 25, другой 27, а сыну -15. И я купил квартиру, когда дочки разбежались. А нужно покупать, когда дети только рожаются. Некоторые остаются, но многие уходят. Я купил квартиру под Киевом, но я единственный, кто взял квартиру у нас.

- Спасибо за интервью.

Иван Каретный
Военно-Морские Силы ВСУ потеряли в бою троих
Военно-Морские Силы Вооруженных Сил Украины понесли невосполнимую утрату. Об... Подробнее
Военно морские силы США вошли в средиземное море
Универсальный десантный корабль Wasp и десантный транспорт-док Whidbey Island... Подробнее
Порошенко назначил нового командующего
Президент Украины Петр Порошенко принял решение назначить командующим... Подробнее
На украинском флоте вскрыли массовое дезертирство
В военно-морских силах Украины (ВМСУ) сложилась тяжелая ситуация с... Подробнее
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.